Мария Баронова — о переходе на работу в RT

Мария Баронова — о переходе на работу в RT

Спецкор «Медузы» Илья Жегулев поговорил с Бароновой о том, чем она будет заниматься на RT; как вышло, что из оппозиционного активиста и участника протестов 2011–2012 годов она стала шеф-редактором органа государственной пропаганды, и изменилось ли ее отношение к Путину и Ходорковскому.

— Интересное название у проекта! Помню, один из митингов на Болотной площади как раз заканчивался этой песней Виктора Цоя — «Дальше действовать будем мы».

— Это не я придумала, до этого команда ребят сделала проект, который так называется.

— То есть ты просто пошла в уже существовавший проект?

— Это просто команда журналистов. Периодически возникали истории, в которые люди погружались, потому что хотелось не просто рассказать историю, но и помочь людям. Потом решили помогать, но собирать [деньги] не на счет RT, а помогать людям самим, переводить деньги на их карты, когда журналисты уже проверят людей и их истории. А потом позвали меня, чтобы я предложила какие-то свои идеи.

Я занимаюсь правозащитной деятельностью, помогаю людям. Они тем же самым занимаются. В какой-то момент спросили меня. Мы обсуждали, и я решила присоединиться. Проведу аудит, посмотрю, что происходит, что есть. Потом предложу свои идеи — и будем вместе развивать проект. Я не то чтобы пришла возглавлять проект. Я пришла в проект, который уже существует, пришла со своими идеями, полезными мыслями.

— Какая у тебя должность и что она означает, какой круг обязанностей?

— Шеф-редактор. Это должность журналистская. Но понятно, что я менеджер, всю жизнь была менеджером. Менеджер проектов.

— Что это за проекты?

— В рамках российского интернет-вещания RТ я буду заниматься благотворительными и правозащитными проектами. В целом — правозащитная и благотворительная история на территории Российской Федерации. Правозащитная история самая настоящая. Заводят уголовные дела на людей — помогают их закрыть, если они незаконные.

— Переступила ли ты через себя, когда пошла на довольно-таки одиозный в восприятии независимых СМИ телеканал, и как ты сама относишься к RT?

— Я всю жизнь занимаюсь одним и тем же: помогаю людям вокруг себя и делаю проекты, чтобы мир был вокруг нас чуть лучше. Я ничего нового, отличного от своих правил жизни, не делала и не делаю. А что касается российской пропаганды — я не буду комментировать, я не являюсь уполномоченным это комментировать, какой смысл, чего от меня ждать?

— При этом раньше ты была последовательным, можно даже сказать агрессивным оппозиционером. Что изменилось?

— Я человек, который считает, что в России много несправедливости и Россия должна стать лучшим государством. И для этого нужно много работать. Чем я и занимаюсь. Являюсь ли я личным другом Алексея Навального? Нет, не являюсь. Согласно всему, что он врал про меня, я его враг. Если у нас он единственный безальтернативный лидер оппозиции — то я не с ним. И никогда не была с ним, учитывая все то, что эти люди про меня говорили.

— А как же Михаил Ходорковский?

— Очевидно, что я не буду говорить ничего в адрес Ходорковского плохого и делать ничего плохого в его адрес никогда не буду.

— Не противоречит ли твоим моральным принципам то, что RT будет делать негативные сюжеты про того же Ходорковского?

— Моральным ценностям противоречит, когда очень большое количество людей долго и усиленно утверждают, что они добро, а творят при этом зло. Это я очень не люблю. Что касается ситуации, когда люди, про которых все рассказывают, что они страшное зло, делают добро, — к таким историям я отношусь положительно. Про меня много всего говорили, что не было правдой.

— Как получилось, что они обратились к тебе за сотрудничеством? Ты сама говорила, что у тебя волчий билет и тебя никуда не берут на работу.

— У меня не то что волчий билет, я достаточно токсична для любых корпораций, западных в первую очередь. Потому что связана с оппозицией, с Ходорковским, это подпадает под огромное количество стандартов, по которым я являюсь изгоем. Вообще в любой стране человек с длинным трек-рекордом (послужным списком — прим. «Медузы») является человеком ненанимаемым. Это общемировая практика. То, что меня взяли, — ну, смогла.

В России, как мне кажется, многие люди лишают себя права на положительную самореализацию. Многим кажется, что если они будут делать что-то хорошее и не будут себя вести как будто «их хата с краю» — то это плохо. Мое счастье, что у меня всю жизнь было и есть право на положительную самореализацию. То, что RT дал мне право на положительную самореализацию, я запомню и буду иметь это в виду, когда буду формировать мнение об этом телеканале.

— Заставляли ли тебя три раза сказать, что не будешь ходить на марши несогласных, не будешь кричать, что Путин зло, и так далее?

— А еще должны заставить сварить голову бобра и съесть. Перед подписанием контракта это обязательно.

Если серьезно, то ничего такого нет. Понятно, что мои социальные сети, — это мое маленькое медиа. Я при Ходорковском показывала максимальную независимость. Мои соцсети — это мои соцсети. И мое мнение — это мое мнение. В телекомпании работают разумные люди, и они точно не ждут, что что-нибудь изменится в этом направлении. Но я не буду больше материться и обижать людей.

— А Путина можно обижать?

— Я воздержусь от ответа на этот вопрос.

— Считаешь ли ты, что у нас полицейское государство, что у нас есть политические заключенные и Путин в этом виноват?

— Мне кажется, я достаточно много уже высказалась по данному вопросу. Ничего нового я сказать не могу, потому что я уже все сказала. Хотелось бы каких-то новых тезисов от самой себя услышать.

— Каких?

— Давайте вместе делать нашу страну лучше. И тогда она будет свободной, уютной, приятной и демократичной.

— Говорила ли ты о своем переходе на RT Ходорковскому?

— Я постаралась успеть написать некоторым важным для меня людям, пока это в новости не просочилось, чтобы они узнали это не из срача на фейсбуке. Михаил Борисович был в числе этих людей. У нас с Михаилом Борисовичем было достаточно много возможностей потерять отношения. Наши отношения пусть останутся между нами.

— А кто твой начальник?

— Можно попозже отвечу? Я пришла в корпорацию. Первый день на работе.

— Собеседовала ли тебя Маргарита Симоньян?

— Обошлось без собеседования с Симоньян.

— Считаешь ли ты RT пропагандой? И считаешь ли ты миссию телеканала правильной?

— Я считаю правильным то, что они делают конкретно в той области, которой я занимаюсь. В остальном я — патриот России, люблю свою родину, мне кажется, все знали о моей активной пророссийской позиции. Вы ее выучили за эти годы. Эта позиция раздражала огромное количество людей. Для меня активная антироссийская позиция многих была большой проблемой, но я хочу изменить Россию к лучшему. Для этого я должна искренне любить свою страну и людей, которые в ней живут.

Я хочу служить своей стране. Это всегда было основной мотивацией моей деятельности. Я всегда это очень ярко артикулировала. Я искренне люблю Россию. Что самое интересное — люблю делать аккуратные проекты, в которых все работает. При этом по поводу всего того, что я не люблю в России, я тоже откровенно и громко сообщала.

Илья Жегулев

https://meduza.io/feature/2019/02/28/ya-hochu-sluzhit-svoey-strane-eto-vsegda-bylo-osnovnoy-motivatsiey