Альфред Кох на смерть Игоря Малашенко

Вот и похоронили Игоря Малашенко. Специалиста по социальной филосифии Данте Алигьери…

Вот как это бывает? Родился человек. Он думал, что чем-то в своей судьбе управляет. Но разве это он так управил, что родился в Москве сыном генерала? Нет… Кто-то другой так управил…

Но уж на философский факультет МГУ уж наверное он сам пошел? Сам, сам, как иначе? И про Данте диссертацию сам писал… А в институт США и Канады – тоже сам? Или не сам? Пойди – разберись…

А потом понеслось: референт ЦК КПСС, секретариат Горбачева, Гостелерадио… Что это? Где Данте? Почему он замолчал? Где Гостелерадио, а где – Данте?

“Земную жизнь пройдя до половины,
Я очутился в сумрачном лесу,
Утратив правый путь во тьме долины…”

Данте Алигьери

Но жизнь закрутилась- завертелась… Гусинский, НТВ, азарт, интересное время, интересная работа, интересные люди. Кто это так все организовал? Неужто это тот же мальчик, что когда-то давно решил выучиться на философа? Нет! Тут как-то все само сюда вырулило… А он просто поддался потоку…

Казалось – глупо уходить в тишь библиотек и архивов когда здесь все так интересно. Какая уж тут философия? Тут горячая кровь самой жизни бьет струей… И мальчик поплыл по течению этой реки…

Сказал себе: наверное тогда, с Данте, это была ошибка… Вот мое настоящее призвание! Управлять умами людей! Формировать политическое пространство! Я не жертва обстоятельств! Я не холодный зритель! Я демиург!

В этой суете он и не заметил, как оказался в Америке, которую так долго изучал в институте США и Канады… Что он там делал? Как там оказался? Почему вернулся? Кто так управил?

„Каждый должен брать на свои плечи труд, соразмерный его силам, так как если тяжесть его окажется случайно чрезмерной, то он может поневоле упасть в грязь.“ —

Данте Алигьери

Что ж. Он вернулся в свою родную Москву. Немолодым уже человеком. Оставив семью. Верно ли, что он наконец встретил свою Беатриче? Это так он сам все решил? Или как-то само получилось? И что ж это за река, которая так извилисто его несет? Где ж он сам-то? Где его свобода воли?

Божена говорит, что у него была жуткая депрессия. Еще бы. Нельзя начать новую жизнь не отвергнув старую. Так новый лев убивает весь помет старого. Иначе львята старого вожака будут напоминать ему о той, старой жизни.

Надо рвать. Надо делать больно когда-то близким людям. Детям в том числе. Своим детям. И глядя на них помнить, что была другая жизнь. Не эта, нынешняя. Другая. Плохая? Поди знай… А какая эта, новая будет? Сие неведомо…

“Нет большей муки, чем воспоминание в несчастье о счастливом времени….”

Данте Алигьери.

Надо было принимать решение. Быть или не быть. Кто я: тварь дрожащая или право имею? Вот он его и принял. Как тогда, в далеком детстве, когда решил стать философом.

Упокой, Господи, душу раба твоего Игоря. И прости ему его грехи. Вольные и невольные. Прости, ладно? Ты же добрый! Мы все тебя просим: прости его. Уж он точно достоин твоего прощения.

Ведь он не стал убивать старую жизнь. Этого греха на нем нет. Он решил просто уйти. И это было его решение. Мужественное решение взрослого человека. И я его уважаю.

https://www.facebook.com/permalink.php?story_fbid=2386948088005569&id=100000712037223