Заявление Юрия Лозы в эфире программы «Соль», а также о Моцарте, порядках в российском шоу-бизнесе, перспективах российской музыке на Западе и конкурсе «Евровидение»

Советский музыкант Юрий Лоза, популярный в конце 80-х – начале 90-х, раскритиковал музыкантов легендарных западных групп за «неумение петь и играть»

«80% того, что спето Led Zeppelin, слушать невозможно, потому что это сыграно и спето плохо. В то время это все воспринималось, все нравилось. Rolling Stones гитару не настроили за всю жизнь ни разу, а Джаггер ни в одну ноту не попал ни разу, ну что поделаешь. Кит Ричардс как тогда не умел играть, так и сейчас не умеет. Но в этом есть определенный драйв, кайф какой-то. Многие проецируют свою молодость на эти группы, а ведь они были очень слабыми», — заявил певец в эфире программы «Соль» с Захаром Прилепиным.

Отметим, что британская группа Led Zeppelin остается одной из наиболее успешных групп в рок-музыке: тираж их альбомов превышает 300 миллионов, семь пластинок группы поднимались на вершину Billboard 200. Led Zeppelin занимают первое место в списке VH1 «100 Величайших артистов хард-рока», в 1995 году они были введены в Зал славы рок-н-ролла, в 2005 году получили Грэмми за выдающийся вклад в музыкальное развитие, в 2006-м — Polar Music Prize, считающийся музыкальным аналогом Нобелевской премии.


— Вы говорили, что современная эстрада слишком танцевальная.

— Я не говорил, что она слишком танцевальная, я сказал, что она вторична. Раньше каждое новое поколение приходило со своим видением мира, со своей информацией. Если вы возьмете поколение пятидесятых, они пришли со своим рок-н-роллом, шестидесятые — с роком, семидесятые — с тяжелым роком, восьмидесятые — диско-музыка и так далее.

То есть, все время что-то придумывали и создавали. Почему я появился на сцене? Потому что нес новую информацию. Сейчас пришло поколение пользователей, они перелицовывают все, что было сделано до них. Это новое поколение не придумывает ничего нового. Они сами ничего создавать не хотят.


— Есть композиторы молодые, почему не хотят?

— А кому они нужны? Вы поймите, экономика правит миром, я настаиваю на этом. Раньше композитор получал определенные дивиденды: авторские свои, которые сейчас композиторам не платят, он получал славу, которой сейчас композиторам не достается. Идет передача: великие певцы, к примеру, Моисеевы, Киркоровы, а потом после программы летит столбик «прозвучали песни на стихи», «прозвучали песни на музыку». Информация проносится настолько мгновенно, что даже не успеваешь понять, кто это был.

— А раньше так не было?

— Композитор Никита Богословский, написавший «Темную ночь», был первым народным артистом Советского Союза. Композитор — это, действительно, создатель. Исполнителям звания давали в последнюю очередь. Каждый может спеть «Темную ночь». Когда Марку Бернесу или Леониду Утесову давали «народного», это было сделано за выслугу лет. Потому что они просто исполнители.

— Говорят, Бернес практически без дублей ее спел. Был не очень готов, молодой еще артист, которого никто не знал. Но так спел, что всех сразу покорил.

— Все дело в песне. После него «Темную ночь» спело еще пятьсот-шестьсот исполнителей и все сделали это хорошо. Эту песню плохо не споешь. Бернес в ноты не попадал. И голоса не было, и слух относительный.

— А что важнее, попасть в ноты, или заслужить любовь народа?

— Он был первым. Оказался в нужное время в нужном месте. Сам материал вытащил Бернеса. Без этой песни он был бы никто, понимаете?

— У него и другие хорошие песни были.

— Он правильно встал между композитором и слушателем, перехватил хороший материал. Бернес грамотно подбирал репертуар. Пел же он как среднестатистический житель Советского Союза.

— Легко сказать! У меня была подруга, которая говорила: «Ты пишешь, поэтому тебя печатают. Если бы я писала, меня бы тоже публиковали».

— Все пели как Бернес, но никто не мог написать, как Богословский! Понятно, о чем я говорю?

— Когда вы идете по улице в Таиланде, то видите, что музыканты там играют. Они не исполняют «Квин», не играют «Битлз», не поют песни группы «Холлис». Ну не поют они сложные песни. Не берут Тома Джонса и Хампердинка. Они поют Эрика Клэптона, который поет как Бернес, шепотом — «Лейлааа». Все могут спеть как Эрик Клэптон, никто не может спеть как Фредди Меркьюри. И поэтому поют то, что могут. Поэтому и Бернес популярен, все пели как он.

— Да, наверное, немало тех, кто может спеть или проговорить песни, но ведь очень много людей, у которых прекрасные данные, прекрасный голос, но при этом они не востребованы. Одни принимали участие в шоу «Голос» или каких-то иных, другие так и не засветились нигде.

— Типаж не подошел. Телепродюсер Юрий Аксюта отбирает людей, которые будут выступать в шоу «Голос» еще до слепых прослушиваний. Ему нужны чудики, священники, то есть те, с кем будет интересно.

— То есть, это не импровизация?

— Конечно нет, что вы. Все решается до слепых прослушиваний. Приходит огромная толпа людей, идет кастинг, вот у этого рожа интересная, давай его сюда. Неважно, как он поет, он нужного типажа. Никого не интересует, будут ли они потом звездами, никому не нужны эти новые голоса.

— Это не поиск новых талантов?

— Забудьте об этом! Каждый член жюри имеет право притащить по одному или по два своих протеже. Поэтому там и гитаристы поют, девушки из бэк-вокалов приходят, кого только нет.

Я даже юмористическую заметку написал по этому поводу — «Шоу «Мазок». Обыграл все через живопись. Получилось смешно. Многие не разговаривают со мной, из-за того, что я про них свои заметки пишу. Обижаются. А что поделаешь, такой я человек.

Россия на конкурсе «Евровидение»

— Знаете, я в Англии разговаривала с людьми, которые там живут. Они говорят, что наши песни не воспринимаются на Западе.

— Кто вам такую ерунду наговорил? Я вам говорю как профессионал, они не знают о нашей музыке ничего, потому что мы ее нигде ни разу не представили. На всех «Евровидениях» у нас поют шведскую песню на английском языке. Шведская команда пишет эту песню на английском. Наши исполнители никогда не понимают, о чем они поют.

В Монте-Карло раз в год проводится мероприятие, на котором выступают артисты, которые продали больше всех пластинок в своей стране. Там был весь клан Аллы Пугачевой: Кристина Орбакайте, Пресняков-младший, сама Пугачева, Филипп Киркоров. Все пели английские песни на плохом английском. А, к примеру, итальянская группа «Пух» спела свою песню на родном языке, которая стала самой популярной в их стране.

Все люди в зале сказали: «Какая в Италии интересная музыка». И тут выходят наши и поют плохую песню на плохом английском. Вывод последовал следующий: нет у них своей эстрады, лучшее, что они могут — это перепеть нашу музыку. Причем вся эта наша компания ездила в то время, когда Миша Круг продавал по три, пять и даже десять миллионов пластинок здесь, в России.

Он их перебивал по тиражам в десятки раз, но его туда не позвали. При том, что в Монте-Карло выступали люди, которые продали больше всех пластинок в своей стране, самые популярные.

— Видимо дело в репертуаре и манере исполнения…

— Если Михаил Круг такой всенародно любимый, ну и привезите его туда, где выступают самые популярные, они хоть услышат, какая нас музыка. «Владимирский централ» в сто раз более ценен для показа иностранцам, чем то, что пели все наши. Почему? Потому что он говорит о существовании российской музыки как таковой. Да, у нас свой взгляд, да, она такая, но она есть. А ведь мы же нигде этого не показываем.

— А кому показать, только «Евровидению»? «Сопот» еще раньше был. Где сейчас показывать?

— Ну почему наши никогда и нигде не говорят, что у нас есть собственная музыка? Почему мы всегда при соприкосновении с Европой пытаемся спеть так же, как они?

— Я правильно помню, что на «Евровидении» участники должны петь на английском языке, это обязательное условие?

— И зачем нам это «Евровидение»? Почему с русской песней туда не приехать, объясните мне, пожалуйста? Французы же едут с французской песней. Патрисия Каас заняла четырнадцатое или пятнадцатое место. И поехала в европейское турне, она всем интересна. Каас поет французские песни — это оригинально.

Самобытная музыка

— Ну, французская эстрада — это особенное направление.

— Чем французский шансон отличается от русской песни? Русская песня ничуть не менее интересная. Итальянцы как пели на своем языке, так они и поют. Они двадцать лет не ездили на «Евровидение», знаете почему? Они говорят: «У нас красивая музыка, которую там заставляют петь по-английски. Да пошли они в задницу, говорят итальянцы. Но тем не менее Шер поет с Эросом Рамазотти. Он поет свою часть на итальянском языке, она на английском.

Их уважают, потому что у них есть своя музыка. При этом они не ездят даже на «Евровидение», но они всему миру сказали: «Ребята, у нас есть своя музыка. Она вот такая, она классная, она наша». Их берут и перепевают. Нашу музыку никто не поет, потому что мы ее нигде не популяризируем.

Как только вы начинаете популяризировать свою музыку, она становится интересной и нужной. Мы популяризировали свой балет — он нужен во всем мире.

Мы популяризировали народное творчество — оно востребовано, осиповский оркестр работает по всему миру. Почему они так хорошо Дмитрия Хворостовского знают? Потому что мы популяризируем классических исполнителей.

— Потому что они, извините, выступают на лучших оперных сценах.

— Так и наша музыка может звучать точно так же, если мы будем ее всюду продвигать, если мы ее хотя бы покажем. Приехали на «Европейский форум» — спойте русскую песню. Они услышат и скажут: «Ни хрена себе, у них песни интересные». Но они же слышат английскую песню, написанную шведами, и говорят: «Ну нет, у них все, как у нас».

— Если говорить про «Евровидение», им вообще все равно, что мы поем, да и в основном, что остальные поют — тоже. Я сейчас говорю как не музыкант.

— Ну и на фиг они нам нужны. Зачем мы такую шумиху устраиваем? Вы посмотрите на это оголтелое шоу, которое у Андрея Малахова устраивается в день «Евровидения»? Что там у него творится, это истерия: «Ааа, нашу девочку обидели». А наша девочка вышла, безликая, спела песню шведскую — полное дерьмо.

— Это про Полину Гагарину?

— Да про всех наших. Это не русская песня, она здесь никому не нужна, она и там никому не нужна. И шведы пишут такие сотнями, у них налажен этот конвейер. Песня не трогает никого, значит, нет в России музыки. Лучшее, что в России могут — перепеть то, что делаем мы. Это позиция, которую мы сами поддерживаем.


В интервью Юрий Лоза рассказал, что его сын, оперный певец Олег Лоза, просит его перед собственными выступлениями не включать записи эстрадных артистов: «Мне всегда нравились люди, которые точно интонируют. Я от природы, по счастью, неплохо слышу, поэтому люди, которые интонируют хорошо, вызывают у меня уважение, — объявил Лоза. — Я, допустим, слышу, если человек интонирует плохо, — мне дискомфортно. Мой сын — еще дальше в этом. Допустим, он подходит ко мне и говорит: «Пап, выключи, давай ты не будешь слушать музыку, у меня сегодня вечером концерт». И я сначала думал, что это выпендреж какой-то. А он — оперный баритон. А сейчас я понял уже, после того, как услышал его занятия с учениками, что он физиологически просто страдает, когда поют эстрадные артисты».

Певцы и музыканты, по словам Лозы, неосознанно копируют чужое исполнение. «Так же и сын: если он послушал Мика Джаггера, допустим, то он вечером не споет свою оперу», — пояснил музыкант свою мысль на примере вокалиста Rolling Stones. По словам Лозы, Rolling Stones, которые «играли мимо нот», близки в этом отношении к «негритянской музыке». «Негритянская основа — это в первую очередь ритм, потому что неграм запрещали музицировать, поэтому единственное, что он (негр) мог себе позволить, — перевернуть коробку и начать по ней стучать. Это связано с техникой, с инструментами. Нет инструментов — негр нашел сломанную гитару, подставил ее к барабану, сделал банджо, получился у него инструмент. Конечно, он не может выстроить мензуру, там нет такого строя, какой подразумевал Бах или Бетховен, «Темперированный клавир» («Хорошо темперированный клавир» — цикл произведений Баха из 49 прелюдий и фуг для клавира. — Прим NEWSru.com) он не знает, соответственно, ноты, которые он берет, — рядом со штангой с точки зрения хроматики. Они посерединке, «между». Их потом назовут блюзовым тоном, и белые начнут за ними тянуться, играть, как черные», — объяснил Лоза. «The Rolling Stones, оттого что плохой слух у музыкантов, — тоже играли, как негры, мимо нот, но сделали это фишкой. Когда я говорю, что Кит Ричардс не может гитару настроить, — его упрекают в этом всю жизнь, а он даже придумал ответ такой (я это знаю, читал биографию): «У меня гитара расстроена настолько, насколько мне это нужно». Понимаете? Тут вы находите себе оправдание: я так пою, я так слышу, я так подделываюсь под негров, то, что я не попадаю в ноты», — рассказал Лоза. «Если вы возьмете индийскую музыку, она вся примерно одинаковая, она — индийская. Потому что используемый набор инструментов диктует нам определенную манеру игры», — объяснил Лоза. Точно так же обстоят дела с «черной» музыкой, которой пытаются подражать европейцы. Российский музыкант не согласился с тезисом о том, будто хорошая музыка не имеет национальности. «Еще как имеет», — заявил Юрий Лоза. «Моцарт — европейский композитор, он абсолютно национален. Возьмем в Моцарте наиболее яркие моменты, там, «Сороковая симфония»… 80% Моцарта — это самоповторы. Это говорят специалисты, а не я. У Моцарта есть 20% оригинальных, очень красивых, гениальных произведений. Остальное — он уже сам себя (повторяет). Россини такой же, это «самоцитирование» называется, то есть мы нашли определенные приемы и ими пользуемся». Кроме того, по словам Лозы, музыканты Rolling Stones, предоставленные самим себе, не эволюционировали с 1960-х годов, в отличие от участников The Beatles, которые попали в хорошие руки: «Beatles как люди, которые очень быстро развивались и были в очень хороших руках Джорджа Мартина, занимались самообразованием. Допустим, группы, которые жили сами по себе, остались на том же уровне. Берем Rolling 1963-го года и Rolling 1993 года — это одна и та же команда. Beatles видоизменились кардинально за пять лет: с 1962 по 1967 год произошла революция в сознании…» По словам Лозы, The Beatles в процессе эволюции «впитали в себя и русскую музыку», однако интервьюер не дал Лозе развить этот тезис. «В интернете есть нужда в скандале, им всем нужно заявлять о себе», — объяснил Лоза причины насмешек в соцсетях над его выступлением в эфире программы Захара Прилепина «Соль» на телеканале РЕН ТВ, где он критикует британские рок-группы Led Zeppelin, T.Rex и The Rolling Stones. Механизм распространения новостей в соцсетях он описал так: «какой-то непорядочный журналист», по словам музыканта, «кастрирует фразу или дает вообще резюме моего (выступления): Лоза сказал, что Led Zeppelin — говно. Орава его подписчиков, дружбанов, перепосчивает, не пытаясь разобраться, где и когда сказал», — рассказал Лоза. На критику Андрея Макаревича, который отреагировал на эфир программы «Соль» фразой в Facebook «Вот беда-то. А Юра наш все умеет — только никому нахер не нужен», Лоза отозвался так: «Какая мне разница, что говорит там Андрей Макаревич. Есть определенная грань, которую нельзя переходить. Нельзя переходить на личности и оскорбления, допустим, или обсуждать творчество друг друга. Поэтому когда он говорит «кому ты нахер нужен», во-первых, это мат, это грязно, во-вторых, не тебе судить», — отметил Лоза. «Андрей Макаревич… в свое время сказал, что мои коллеги стали глистами — еще до того, как…» — напомнил Лоза историю с песней Андрея Макаревича 2015 года о «бывших братьях», «послушно ставших глистами». «Он давно себя вывел за пределы всего нашего музыкального сообщества», — считает Лоза.

Скрипач в бассейне, грустный мой скрипач
В Казахстане вышел журнал, посвященный 125-летию Адольфа Гитлера
Ответ Мэрилина Мэнсона новосибирским православным активистам
Амаль Аламуддин, жена Джорджа Клуни. Фото
Письмо Сергея Корзуна об уходе с "Эхо Москвы". Полный тескт
Открытое письмо Фрэнка Синатры Джорджу Майклу
Статья "Сумбур вместо музыки". Полный текст
Юрий Лоза о Михаиле Круге и к его творчестве
Анатолий Рыбаков о встрече с Бродским
Стихи о Бастрыкина о "Новой Газете"
Причина смерти Тома Петти
Ответ Юрия Полякова на открытое письмо актеров театра Вахтангова