Юрий Лоза о Михаиле Круге и к его творчестве

Р. Б: Юрий, как вы относитесь к Михаилу Кругу и к его творчеству?

Ю. Л: Я достаточно хорошо знал Круга и неоднократно спорил с ним. И когда он говорил о воровском кодексе, о том, что мы немного недооцениваем их систему взаимоотношений и их понятия, я отвечал ему всегда оно и то же: «Миша, нет у них никаких понятий, нет воровского кодекса чести».

Люди, которые полезли к нему в дом и стреляли в него, прекрасно знали, кто он. На похоронах «большие люди», милицейские начальники и воровские авторитеты, били себя в грудь и кричали, что найдут виновных, но все это было сотрясанием воздуха. Сейчас, конечно, можно Мишу романтизировать, но «Владимирский централ» — это, наверное, не та песня, которую можно считать гимном России.

Миша был совершено открытым и адекватным парнем, он не держал охрану, не запирал двери на ночь. Он, как гордость Твери, как самый известный и значимый человек в этом городе, был уверен, что ему здесь никогда и ничего не грозит. Мишу не должны были убить, но его убили. Вот вам и кодекс.