Новое лекарство от рака PD-1

Новый отечественный препарат с рабочим названием PD-1 эффективно помогает бороться с  меланомой, раком почки, легкого, мочевого пузыря, головы и шеи. Об этом сообщил журналистам директор департамента общественного здоровья и коммуникаций Минздрава Олег Салагай.

Он сослался на разработчиков лекарства — президента компании BIOCAD Дмитрия Морозова.

Отличие лекарства  нового поколения в его пролонгированном действии, которое не прекращается после отмены приема. А запускает   иммунную систему на  борьбу  с раковой опухолью.

В результате у 30-40% пациентов с метастатическими опухолями в отличие от  химиотерапии, удается достигать длительного ответа на лечение. Показатели выживаемости достигают ранее «немыслимых значений», докладывают разработчики. Шанс на жизнь при лекарственной терапии получают пациенты с самыми тяжелыми формами рака.

Препарат сейчас проходит вторую стадию клинических испытаний, когда пациенты получают лечение. Через год-полтора лекарство может появиться в продаже, ожидают в Минздраве.

Кроме того, сообщили «РГ» в  компании BIOCAD , сейчас проводятся  клинические исследования другого инновационного препарата  для лечения аутоиммунных заболеваний, в частности, тяжелых форм псориаза. Лекарство по ряду характеристик значительно превосходит швейцарский препарат, который  в 2016 году зарегистрирован в России.

Это новое направление в современной медицине — препараты генной и клеточной терапии,- которые способны вылечивать заболевания, ранее не поддававшиеся лечению.

Первый отечественный таргетный онкопрепарат пока на ранней стадии разработки
В среду, 28 декабря, министр здравоохранения Вероника Скворцова рассказала всей стране в программе «Вести» о том, что в России разрабатывается новейший противораковый препарат от рака кожи – меланомы. Новость продержалась в топе «Яндекса» почти весь день. Vademecum решил разобраться, какой именно препарат так энергично хвалила министр.

«Мы сейчас на таком этапе, когда мы в числе самых передовых стран мира научились делать таргетные, то есть  «точечные» препараты для блокады развития той или иной опухоли. В этом году мы вышли на клинические исследования,  сейчас идет уже вторая фаза исследований первого отечественного препарата. Сейчас он носит название PD-1, потом, наверное, будет какое-то другое. Он показал фантастический результат по устранению метастазирующих меланом», – заявила Скворцова.

Для начала, PD-1 – это название не препарата, а клеточного белка-«мишени». Взаимодействуя с ним, биологический препарат в виде моноклонального антитела может выключать «невидимость» раковой опухоли и запускать иммунный ответ организма, который сам начинает уничтожать переродившиеся клетки.

Благодаря таргетному воздействию на определенный белок минимизируются нежелательные побочные эффекты, характерные для традиционной противораковой химиотерапии.

В мире таких «анти-PD-1»-препаратов всего два: Опдиво (ниволумаб) от Bristol-Myers Squibb (BMS) и Китруда (пембролизумаб) от MSD. Китруда была зарегистрирована на Российском рынке в ноябре 2016 года, а Опдиво — в декабре.

О начале клинических исследований (КИ) препарата «анти-PD1» официально объявила в июле 2016 года отечественная компания «Биокад».

Подозрение, что министр говорила именно об этом продукте, только укрепляется, если вспомнить, что совсем недавно – в понедельник, 26 декабря, Вероника Скворцова вместе с президентом РФ Владимиром Путиным и президентом Казахстана Нурсултаном Назарбаевым посетила исследовательский комплекс «Биокада» в Петербурге.

Британская газета Daily Mail даже написала, что лидеры России и Казахстана искали там «таблетку молодости», чтобы жить до 130 лет.

Но на самом деле основатель и совладелец компании Дмитрий Морозов рассказывал высокопоставленным гостям о перспективных разработках, в том числе препарате BCD-100 – «анти-PD-1» моноклональном антителе, которым с июля 2016 года начали экспериментально лечить пациентов с метастазирующей меланомой четвертой стадии.

Поиск в Реестре выданных разрешений на проведение клинических исследований лекарственных препаратов также показывает, что из отечественных компаний, кроме «Биокада», никто таких КИ не ведет.

Правда, из того же реестра выясняется, что Вероника Скворцова несколько забежала вперед – BCD-100 пока что официально не вышел на вторую фазу КИ.

«Насколько мне известно, никто в России, кроме нас, не довел разработку аналогичного препарата до стадии клинических исследований. Первая фаза КИ, основной целью которой является оценка безопасности, идет в настоящее время, а вторая, в рамках которой обычно оценивается  эффективность препарата, формально еще не началась. Однако поскольку первую фазу мы проводим на онкологических больных, то параллельно с безопасностью препарата оцениваем и его эффективность. Результаты обнадеживающие. Таким образом, уже в исследовании первой фазы мы частично достигаем целей второй фазы (предварительная оценка эффективности)», – поясняет оговорку министра основатель и совладелец «Биокада»  Дмитрий Морозов.

В общем, о том, когда мы увидим препарат на рынке, говорить пока рано – на клинические испытания может уйти еще несколько лет. Хотя Морозов надеется, что в связи с большой социальной значимостью проекта процесс регистрации может быть  ускорен.

«Стоит заметить, что именно на основании результатов расширенной I фазы КИ американское FDA два года назад зарегистрировало первый в классе препарат – пембролизумаб [Китруда. – Vademecum]», – говорит он.

По данным Московского научно-исследовательского онкологического института им. П.А. Герцена, в конце 2015 года число больных меланомой, состоящих на учете в российских онкологических учреждениях, составляло 83,3 тысячи человек.

Если говорить о мировом рынке иммуноонкологических препаратов, то, по прогнозу компании Global Data, к 2024 году он достигнет объема $34 млрд. Из них $24 млрд придутся на таргетные препараты, в том числе $10 млрд на Opdiva и $7 млрд- на Китруду.

Источник Vademecum

Источник: rg.ru/2016/12/29/minzdrav-nazval-osobennosti-novogo-lekarstva-ot-raka.html

Top