Что представляет собой Ирак в 2017 году

За последние 20 лет политический облик Ирака менялся уже не раз. От режима Хусейна страна перешла к администрации, возглавляемой американским дипломатом, затем было временное правительство, принятие новой конституции и многое другое. Новый этап в жизни Ирака начался в 2014 году, когда «Исламское Государство» всерьез стало претендовать на установление собственной власти в стране. Петр Дергачев рассказывает, кто влияет на политику Ирака сегодня и как он может измениться в будущем.

Иран

Имея общую границу длиной в 1500 километров, Ирак и Иран не могут не оказывать влияния друг на друга. Во время ирано-иракской войны в Тегеране был создан Верховный Совет исламской революции в Ираке. Его боевое крыло — организация «Бадр», состоявшая из иракских иммигрантов в Иране, даже принимала участие в войне против родного Ирака. После свержения режима Саддама Хусейна члены организации составили костяк МВД страны и вошли в парламент Ирака. В настоящее время организация откололась от Верховного Совета и входит в комитет народного ополчения.

Партия Исламского Призыва, членами которой числятся сразу три (из четырех) послевоенных премьер-министра страны, также тесно связана с Ираном. Она получала помощь Ирана еще при Саддаме, находясь на нелегальном положении. Многие члены партии в свое время бежали в Иран. А после американского вторжения вернулись и заняли высокие государственные посты. Некоторые до сих пор играют заметную роль в иракской политике.

И Иран доволен своими друзьями в Ираке. Даже Нури аль-Малики, предыдущий премьер-министр страны, который принял ряд решений невыгодных для членов Верховного Совета Исламской революции, полностью удовлетворял Иран и проводил политику поддержки и консолидации шиитского населения. Проблемы возникли, когда выяснилось, что из-за перекоса во внутренней политике аль-Малики потерял контроль над суннитами Ирака, что вылилось в межконфессиональную вспышку насилия. Это привело к его отставке и замене на Хайдера аль-Абади.

Хайдер Аль-Абади, заняв должность премьер-министра летом 2014 года, нанес первый зарубежный визит именно в Иран. Главной темой обсуждения с президентом Рухани стала борьба с терроризмом. Несмотря на то что Иран оказал военную помощь Ираку уже спустя 2 дня после захвата Мосула, властям страны было важно заручиться долговременной и мощной поддержкой соседа. И такая поддержка была обещана. Иранские военные советники, оружие, боеприпасы, информация — все это обильным потоком направляется в Ирак до сих пор.

Как ни странно, к Ирану обратились и США. На переговорах в Женеве представители этих стран обсудили, как они вместе могут помочь Ираку. Конечно, речь не шла о полноценном сотрудничестве. Но, когда разгорается пожар, то уже нет времени смотреть, откуда приходится брать воду.

Велико влияние Ирана и в экономике Ирака — товарооборот между странами составляет около $6 миллиардов. При этом наибольшую долю занимает иранский экспорт. Иран щедро субсидирует поставки продовольствия в Ирак. Что, правда, серьезно сказывается на продовольственных программах Багдада.

Иранская телесеть “Аль-Алам” транслирует свои программы на арабском языке на территорию Ирака.

Но наиболее важным рычагом влияния остаются шиитские группировки, которые Иран открыто спонсирует с 2003 года. «Благодаря» военным успехам ИГ, в 2014 году разрозненные группировки перешли под управление Комитета народного ополчения.

Шиитские формирования

Комитет народного ополчения “Хашд Шааби” был создан спустя 5 дней (15 июня 2014) после падения Мосула. Ополчение должно было встать на защиту Ирака в условиях, когда армия страны показала свою беспомощность. Большинство членов этих формирований вступило в них по призыву иракского великого аятоллы Али Систани. Но велико и влияние иранского аятоллы Али Хаменеи. Координатор «Хашд Шааби» — Джамаль Джаафар Мухаммад. Его часто называют правой рукой генерала КСИР Касема Сулеймани. Он же заочно приговорен к смертной казни судом Кувейта за организацию террористических атак в этой стране в 1983 году. А в 2009 году США внесли его в список лиц, «угрожающих стабильности Ирака», и обвинили в организации нападений на коалиционных и иракских военных. К счастью для него, Джамаль Джаафар в тот период был депутатом иракского парламента, а потому не мог быть привлечен к ответственности.

Большинство шиитских формирований действуют под стать фактическому руководителю “Хашд Шааби”. Они не только не выбирают средства, но даже не заботятся о том, против кого их применяют. Зачастую их жертвами становятся не члены террористических группировок, а мирные жители из числа суннитов. Они откровенно похищают жителей суннитских районов и требуют выкуп от их семей. При этом передача денег не гарантирует того, что похищенного отпустят. Нередко, получив деньги, шиитские ополченцы убивают суннитского заложника.

Также распространена практика убийств суннитов в отместку за теракты против шиитов. Боевики не ищут истинных террористов — их вполне удовлетворяют любые сунниты, которые попадутся им под руку.

Конечно, они участвуют и в боях против настоящего ИГ. Но даже в случае освобождения ими какой-либо территории, покой на ней не наступает. Отбив у террористов город или село, они выселяют из домов тех, кого сразу не обвиняют в пособничестве террористам. Делается это под предлогом того, что дома были заминированы и находиться в них небезопасно. Затем следует процесс «разминирования», в ходе которого дома уничтожаются. Так по всему Ираку появляются мертвые деревни и районы.

Все это не способствует установлению мира и согласия в стране. Поэтому американские военные накануне крупных операций требуют от Багдада не привлекать к ним шиитские ополчения. К сожалению, не всегда эти требования удовлетворяются, круговорот террора продолжается.

Россия

Хотя Россия не оказывает явного влияния на внешнюю и внутреннюю политику Ирака, тем не менее ее роль в поддержке правительства страны довольно велика. Например, иракские военные проходят обучение в нашей стране. А когда после захвата Мосула боевиками ИГ ВВС Ирака потребовалось быстро увеличить свои ударные возможности, Багдад обратился за помощью к Москве. И уже 29 июня 2014 года в Ирак прибыла первая партия штурмовиков Су-25, которые вскоре приняли участие в борьбе против террористов. Эта помощь поступила куда оперативней, чем американская. Напомним, что еще в 2011 году Ирак заказал у США 36 истребителей F-16, но первые машины по этому контракту прибыли только в 2015 году. Также между Россией и Ираком заключены договоры на поставку других видов вооружений.

Кроме того, в Багдаде создан оперативный центр обмена развединформацией, в его работе принимает участие Россия. Причем иракская сторона высоко оценивает вклад российских коллег.

Серьезность намерений и быстрота принятия решений положительно сказываются на отношении к России. Многие иракцы называют Россию более важным партнером страны, чем даже Соединенные Штаты.

США

Само собой, говоря о состоянии Ирака, нельзя обойти тему влияния на него Соединенных Штатов. Но любое влияние чревато ответственностью за его последствия. И вот тут-то США есть в чем повиниться. Даже люди, активно боровшиеся против режима Саддама Хусейна, признают, что нынешнее состояние страны вызвано вмешательством США в 2003 году. Оно принесло огромное количество проблем. Именно при временной коалиционной администрации появилась идея федерализации Ирака, согласно которой страна должна была быть разделена на три части: шиитскую, суннитскую и курдскую. Вскоре выяснилось, что в Ираке такое разделение невозможно, но идея уже была подана и кое-кому пришлась по душе. Для такой «федерализации» потребовалось бы насильное расселение шиитов и суннитов, которые во многих частях страны проживают смешанно. Также требуется усиление межконфессионального недоверия. А эти процессы, как мы видим, идут сейчас полным ходом. Но самое главное — это уничтожение идеи единого Ирака, которая жива и спустя 14 лет после американского вторжения. Жива, но постепенно сдает позиции. Все больше и больше иракцев начинают верить, что для решения проблем необходимо разделение страны. Из-за этого одни уезжают из своих домов, а другие вступают в ИГ или “Хашд Шааби”. Таких людей немного, но зерно сомнения в необходимости единства было посеяно более десяти лет назад. И оно неизбежно даст свои разрушительные всходы.

А пока Соединенные Штаты воюют против «Исламского государства». Для этого они вернули своих солдат в Ирак, бомбят террористов, проводят спецоперации, обучают иракскую армию и поставляют оружие и боеприпасы. Здесь Ирак в значительной степени зависит от США.

Но вместе с тем растут и претензии к американцам и их союзникам. Больно уж велики «сопутствующие потери» среди мирного населения. Слишком медленно отвоевываются территории. Очень много людей становятся вынужденными переселенцами из-за опасных военных авантюр. Нури аль-Малики, уйдя с поста премьер-министра, даже позволил себе сделать замечание о том, что американцы скорее стоят в стороне и смотрят, чем борются с терроризмом.

Турция

Турция не прочь половить рыбу в мутной воде войны против ИГ в Ираке. Эта страна разместила на территории Ирака вдоль собственной границы около 2000 солдат. Их присутствие оправдывается угрозой со стороны рабочей партии Курдистана (РПК), которую Турция считает террористической организацией, и межправительственными договорами конца 90-х годов. В конце 2015 года турецкие военные оказались под Мосулом. Тогда Анкара объяснила это тем, что занимается подготовкой солдат вооруженных сил иракского Курдистана. Премьер аль-Абади встретил такие новости без энтузиазма и призвал Турцию вывести войска с территории Ирака. Эрдоган в свойственной ему манере ответил, что его «не интересуют твои [аль-Абади] вопли и крики». И турецкие военные остались.

В первую очередь, Турция ставит своей целью создание приграничной буферной зоны для защиты от РПК. А там чем черт не шутит, может, удастся получить кусок иракского пирога. Не зря ведь Эрдоган заявил, что Мосул — суннитский город, значит там могут жить только сунниты-арабы, сунниты-курды и туркоманы. Защита последних — хороший предлог для того, чтобы де-факто оккупировать город. Впрочем, тем мечтам турецкого президента уже вряд ли суждено сбыться.

Иракский Курдистан

Власти курдского автономного района Ирака давно стремятся к независимости и отделению от страны. Глава района Масуд Барзани недавно даже заявил, что референдум о независимости будет проведен в ближайшем будущем, а недавно была обнародована и точная дата — 25 сентября этого года. Иракских курдов не устраивает многое: экономическая и политическая зависимость от центрального правительства, идеологические различия.

И не было бы счастья, да несчастье помогло. Похоже, что благодаря ИГ иракский Курдистан наконец-то получит возможность достичь желанной независимости. Хотя, по словами аль-Абади, это и не будет в его интересах.

А пока в борьбе с ИГ и на пути к независимости власти иракского Курдистана просят помощи у всех, у кого могут. США и ЕС поставляют военную технику и оружие, а также обучают курдских военных. С Ираном уже давно налажено тесное экономическое сотрудничество. Турция, как уже было сказано, предоставляет военную помощь и является торговым партнером. По сути, иракский Курдистан уже готов к независимости. Треть страны, которая уже де-факто обособлена от центрального правительства, уже совсем скоро, благодаря референдуму о независимости, станет самостоятельной уже де-юре.

Итог

Мировой банк оценивает современный Ирак по стабильности и соблюдения законов хуже, чем Ирак при Саддаме. Сказывается огромный уровень коррупции, продолжающийся военный конфликт и относительная слабость власти.

Кроме этого, ширится межконфессиональный раскол между суннитами и шиитами. Раскол, которого не было даже во время ирано-иракской войны. В результате этого раскола Пентагон в 2007 году был вынужден признать, что «некоторые аспекты конфликта в Ираке можно назвать гражданской войной». Но тогда вооруженное противостояние удалось прекратить.

Сейчас страна находится в худшем положении. Во внешней политике правительство Ирака, чтобы не утратить независимость, пытается пройти между Сциллой и Харибдой — США и Ираном. Во внутренней Ирак раздираем террористами, шиитскими боевиками и курдскими националистами. И, будто этого мало, свою игру пытается вести оппортунистически настроенная Турция.

Неудивительно, что в таких условиях часть населения думает о сильном лидере, каким был Саддам Хусейн. Действительно, во времена его правления всякая оппозиция была загнана в подполье: что демократическая, что террористическая. Ирак был, может, и не свободен, но един.

Хотелось бы верить, что будущее Ирака ни за сторонниками разделения, ни за приверженцами жесткой линии. Но для того, чтобы стране остаться одновременно независимой и единой, официальным лицам, а главное, народу Ирака, придется приложить огромные усилия.

comments powered by HyperComments
Судебные приставы повязали три православных креста
Веселая пасха с двумя трупами
Откуда у ИГИЛ деньги?
Полный текст американо-российских соглашений по Сирии
История Варвары Карауловой рассказанная ее отцом Павлом Карауловым
Гриша Ворончев. Шестилетний лыжник. Фото
Герман Стерлигов о Владимире Высоцком
Алексей Венедиктов о Чеченском ИГИЛ. Полный текст
О секте Царебожников
Уральский старец Сергий. Биография. Фото
Декларация митрополита Сергия 1927 года. Полный текст
Илья Переседов. УБИТЬ КУРАЕВА В СЕБЕ. Полный текст